Первое
Ну что ж, начнём? Какая тишина!..
Как всё в округе первозданно ново!..
Ушедший год мы выпили до дна,
коктейльной льдинкой прошлые оковы
растаяли… своё забрав сполна.

Читать далее →

В тумане не заблудиться бы,

Мне солнца и ветра хочется.

Найдите мне переводчика,

Перевести с интуиции…

***

Понедельник. Ветер. Утро.

С чашкой чая у окна.

Ладно, пусть не будет чуда.

Ну хотя бы — тишина.

***

Объятья. А где-то ветры…

Сплетая сердца и руки,

Обмениваемся светом,

Закрывши спиной друг друга.

***

Импульс нежности: ты, я…

День окутан теплом и лаской.

Состояние объятия —

Ежедневно. Ежечасно…

Невесомо и ново летит по касательной первое,
освежённому взгляду по-детски бездумно-легко.
И на дымчатых крыльях парит надо мною Наверное,
и надежда вливается тёплым молочным глотком.

В это утро, младенчески розово тихое,
проступает начальная строчка-тропа на снегу.
Многоточия-завтра шагами ко благу ли, лиху ли –
но упрямо по белому шью. И наверно смогу.

Новый день. Новый снег…
На губах – новый смех.

Новый вкус. Новый звук.
Новый путь. Новый круг.

Новый круг. Новый взгляд.
Новый друг. Новый чат.

На плечах – новый мех.
Новый смех. Новый снег.

Стрелок бег, шаг вперед.
Новый свет. Новый год!

Новый миг. Вот сейчас.
Новый мир. Каждый раз.

Снежно-белый, нетронутый шагом твоим
В новогодие стелется путь.
Не беги, торопясь, ожиданьем томим,
Ты живи. Не спеши. Просто будь.

Будут стужи и ливни, зной и листопад,
Ветры будут и в спину и в грудь.
Не гадай наперед и не пяться назад,
Вот сейчас и вот здесь — просто будь.

Это больше внутри — непогод хоровод,
Ад сомнений, туманы и муть.
Снежно-белый, нетронутый стелется год,
Ты — снежинка его… Просто будь.

Разгляди, продыши, проживи каждый миг,
Пей по капле и радость и грусть.
Снежно-белою радугой стелется мир,
Мир — в тебе. Просто будь. Просто будь)

Просто это Новый год,
детка!
Посылай к чертям свою
клетку.
Мне помочь тебе стряхнуть
панцирь?
Мы сойдём с ума чуть-чуть
в танце.

Разметаем, что пока
цело!
Локон, бровь, рука, щека,
тело —
разреши себе улёт,
редко.
Просто это Новый год,
детка!

…Новогодье накрыло школьный зал. Глаза первоклашек сияли ярче мишуры на нарядах, хороводная музыка сливалась со звоном голосов в блаженную какофонию. На фоне праздничного восторга по-юношески басовито звучали реплики Деда Мороза, а в центре всего этого прекрасного кавардака сияла великолепная ёлка.

Читать далее →

По картине Марии Илиевой «Маня»

Нарисуйте меня в стародавнем уборе,
чтобы плат изо льна, жемчуга в волосах,
и румянец оттенком в июньские зори,
их с восходом прохладой умыла роса.

Читать далее →

Мара-Марушка, хозяюшка-матушка,
Дозволь ныне тя величати.
Приди, мати, да не с горями,
Приди, мати, да не с хворями,
Приди, мати, блага да лепа,
Приди, мати, мягка да добра,
Отрини хлады да мороки,
Отрини напрочь изжившее,
Отрини сглазы-притороки,
Худое яко не бывшее,
Отрини, не возврати,
От стара к нову веди!

Интересны, загадочны, глубоки образы древнеславянских божеств. Вот, к примеру, Морена.

Морена (Мара) — славянская богиня Зимы и Смерти. С именем Морены созвучны слова «мор», «морок», «мрак». Морену боялись и почитали. Особенно на Севере с его долгими лютыми зимами.

Читать далее →

Кто не рад такой картине:
Цветом радуя народ,
Врассыпную мандарины
Провожают старый год.

Счастья полные корзинки —
Угощенье хоть куда.
Корки, дольки, половинки —
Новогодняя еда.

Ртом с небес ловлю снежинки,
Забываю погрустить.
Что за чудо, мандаринки:
Можно есть и можно пить.

Аромат со шлейфом длинным
Не уступит Givenchy!
Нежно… Снежно… Мандаринно…
Новогодие души.

Она пришла и села у окна,
В глазах ее заснеженное утро
Зеркально отразилось, и она
В нем растворилась мысленно как будто.

Тягуче наполнялось тишиной
И грацией расслабленное тело…
Казалось, ей известен мир иной,
Текущий сквозь пейзаж морозно-белый.

Казалось мне, что именно она
Взяла и время здесь остановила,
Что ею в назидание дана
Мгновения целительная сила.

Потом она неслышно поднялась,
Зевнула и всем телом потянулась,
В постель на мягких лапках забралась:
Сказала «мяу» и клубком свернулась.

Хорошо, что метель, пусть!
Пастельно бело́ и больно не так –
Скрылся путь –
залило́
суровым сухим молоком,
мрак…
в горле ком,
не продохнуть…
Шаг… ещё шаг… Пусть!
Точка! Сонмище точек – их
сотнями здесь, таких, снежно-сухих.
Из них – стелется чистый лист – мили.
И свист – навылет.
Прочь!
Точки следов,
всю ночь –
от нежности тёплых пут.
Там, за спиной – не мне кров.
По снежности след, след,
наново шьёт строка
скорых апрелей свет,
а пока
пишет метель-кнут
белый этюд, грусть…
Пусть.

Наши древние предки так называли ипостась Чернобога. «Карачун” – от слова “корчиться” от холода.
Карачун – время зимнего солнцестояния, самых длинных ночей в году.
Считалось, что границы между Явью и Навью становятся более тонкими, люди уязвимы, подвержены злому влиянию духов.
Карачун – божество мира смерти, повелевает холодом и мраком. Божество представляли в виде старика с седыми волосами, сопровождаемого медведями, волками и душами погибших от холода.
В это время, когда старое солнце уходит и рождается новое, обращались к высшим силам, чтобы они забрали все зло с собой, просили прощения, отпускали обиды и всё, что тяготило.
В эти дни не стоит ждать благ свыше, это время работы над собой. Избавления от негативных мыслей, уборки в доме, чтобы новый период начался со всего нового и чистого, принёс в жизнь добро.

Ах, какое блаженство знать: она совершенство!
Видеть космос и тайны в этих ясных глазах,
Прочитать в этом взгляде над собой верховенство,
И нездешнего разума отблески… ах!

А магической силы волшебство прикасанья,
Грациозная нега, независимый нрав?
Эта вкрадчивость муррра в ожиданьи вниманья,
Воплощенье покоя в этих позах-клубках?

То шалунья азартная, то на окошке —
В созерцаньи миров, ей известных одной.
Начинается март добрым Праздником Кошки,
В мир идет совершенство…
И веет весной.

Что-то стало серенько и длинно.
Колея недель сложилась в круг.
Назначаю Праздник апельсина!
Просто так и непременно вдруг.

Рано утром – музыка латино,
Ванна с ароматом свежей цедры.
В зеркалах понежиться павлинно,
Макияж морковно-рыже-щедрый.

Завтрак? Угадали – апельсины!
Я тебе, ты мне – по яркой дольке.
Радость две имеет половины,
Есть одной – нерадостно нисколько.

Читать далее →