
Целый час сидит Маришка,
на картинку смотрит в книжке,
где какой-то рыжий мальчик
отдаёт подруге мячик.
Там и буквы тоже есть,
но Маришке не прочесть.
И решила спеть она
буквы вместе, тянет: НААА!
Надо маме рассказать:
научилась я читать!

Целый час сидит Маришка,
на картинку смотрит в книжке,
где какой-то рыжий мальчик
отдаёт подруге мячик.
Там и буквы тоже есть,
но Маришке не прочесть.
И решила спеть она
буквы вместе, тянет: НААА!
Надо маме рассказать:
научилась я читать!

Сижу я у судьбы на берегу
В раздумьях: а чего же я могу?
Грядущее в судьбине гуано —
Действительно предопределено?
Неужто вариантов никаких?
И не случаен этот глупый стих?
И кто-то сверху нитки подобрал
И кукольные руки привязал?
Но нету пут отважным лапам львиц,
Как нет управы на сердца цариц.
Сидеть на берегу? Но можно плыть
И гуано в прозрачных струях смыть.

Разве может жасмин не пахнуть?
Разве может орёл не летать?
Не умеет дельфин не плавать.
Не умею стихов не писать.
Где-то там, где душа наверно,
Зарождается строчко-нить.
Выбор есть? Остаётся верно
На бумагу её уложить.
Для кого? Для себя, возможно,
Чтоб гармонию обрести.
Ведь орёл не летать не может.
И не может жасмин не цвести.

Никогда не поздно захлопнуть дверь.
Никогда не поздно открыть другую,
Разрешение дать себе на апрель
В ночь когда узоры мороз рисует.
Никогда не поздно поднять глаза,
Захотеть наконец-то увидеть звёзды…
Никогда не поздно своё Нельзя
Заменить на такое тёплое Можно…
В мыслях, как зимой в дороге, то ухабы, то заносы…
В голове порой толпою — парадоксы, парадоксы…
Не оставила удача — а на сердце нет покоя.
Нежность захлестнула — плачем, а на боль махнём рукою.

На исходе октябрь, предвкушенье снегов,
К серым тучам дымком улетает листва.
Улеглась в дальний ящик былая любовь,
Не преследует боль, и не ранят слова.

Спиралью, сплющенной в кольцо, трепещет время.
На что роса, полынный дух, круги на лужах,
когда из прозы кружевцо укрыло темя?
Рутинный мир и нем, и глух. Скрипач — не нужен.
…Смычок, целуя и дразня, свершает танец,
касаний чутких череда по нервам — ну же…
лучами из меня — меня аndante тянет…
но это лишнее, когда скрипач не нужен.
Когда и зрелище и хлеб — на сытый ужин,
и постриг — разновидность пут — мечтам и косам.
Непозволительно нелеп, скрипач не нужен.
Он слишком ясно видит путь в открытый космос.

В протянутой руке так много смысла
В ней бездна света, океан тепла…
Рука в руке, несуетно, не быстро
Идти… какая разница — куда?..
***
В тумане не заблудиться бы,
Мне солнца и ветра хочется.
Найдите мне переводчика,
Перевести с интуиции…
***
Понедельник. Ветер. Утро.
С чашкой чая у окна.
Ладно, пусть не будет чуда.
Ну хотя бы — тишина.
***
Объятья. А где-то ветры…
Сплетая сердца и руки,
Обмениваемся светом,
Закрывши спиной друг друга.
***
Импульс нежности: ты, я…
День окутан теплом и лаской.
Состояние объятия —
Ежедневно. Ежечасно…

Как мы любим трясти достоинством!
Охраняем себя от обид.
Из упрёков готовим воинство
Тем, кто нашей персоне грозит.
Но зато обижаем походя
С наслаждением даже слегка…
И для тех, кто просил о помощи
Не жалеем подчас пинка…

Живешь, как будто окутан в свет,
Себя распахнув окно.
Любовь, она или есть – или нет,
Третьего не дано.

В народной традиции встреча Осени с Зимой отмечалась в начале октября как праздник Покрова. Понятно, почему Покров — первый иней «покрывает» землю, предвещает близость зимних холодов. День Покрова совпадал с окончанием полевых работ и подготовкой к зиме.

Осенний день подносят на ладони
прохладного кленового листа.
Сегодня я отвязанно не та,
Что накануне… Утро полутОнит
сонату, что ещё не прожита…

Пёрышко, зёрнышко
сей, сей,
слово на полюшко
дней вей!
Горстью по пресному –
со-лью,
пламенно, песенно –
вво-лю!
Строчки былинками –
в рост, в бег.
В пору былины ли
нам, век?
Пёрышко, петельки –
бой, нерв.
Издревле светлые,
нам – вверх!

Не хотим на себя мы никак хулы,
Злобы, зависти, лести и холода.
Герметичные мы люди-капсулы,
Одиночками ходим по городу.

По-своему нами маршрут размечен,
Мы в том и другом несхожи.
Но если я сделала шаг навстречу,
Я жду от тебя того же.
Свежие комментарии