Ты воспой, ты воспой,
в саду, соловейка…
Я бы рад тебе воспевати,
Ох, мово голоса не стало…
Русская народная песня

— Иль нелюбый тебе отчий сад, соловей?
Не тениста ли сень, или цвет не душист?
Или грезишь о крае, родного милей,
где вольнее звучит переливчатый свист?
… Паутинная тишь на ветвях, как дурман,
и сквозит пустота меж рядами дерев.
Май не май без твоих родниковых осанн,
сад не сад, где не славят зарю нараспев.
Журавлиными стаями в памяти деды,
на душе неуютно от чувства вины:
как случилось, что День всенародной Победы
кто-то стал называть пропагандой войны?
От какого ума происходят стенанья,
что Победа — не праздник от радости жить?
Кто желает святую минуту молчанья
умолчанием правых побед заменить?

Как нить от клубочка, тропинка
В отпущенном жизнью краю.
В июль упаду, как чаинка,
На благе его настою.
Беленая солнцем холстинка,
Прошивок ажурный узор —
Пропахшая солнцем косынка,
Украсит улыбку и взор.
На старом фото прадед, мой ровесник,
в рисунке губ — как будто, отблеск песни,
глаза глядят на мир светло и прямо,
сомнений в силе истины — ни грамма,
отвага в повороте головы…
А я стою с похожими чертами,
ищу каналы связи между нами.
Научишь, прадед, в муторном сегодня
тому, как можно думать всенародно,
безгрешно? Как тогда умели вы.

И дольше века длится день
Б.Пастернак
Брусвяным закатом укрыло Ильмень,
вздыхала волна, сединой убелённа,
натруженной бронзой лучился ячмень,
и ждали серпа прокалённые зёрна.
Застыл летописец, ловя тишину,
и взглядом повёл от костра до погоста,
прислушался, будто настроил струну,
и первое азъ начертал на берёсте.

Бирюзовой укрыв вуалью,
нас изменчивой лаской грели,
любовались, когда опали
лоскутками роскошной шали
в безотрадность унылой прели.
А ветра завивали мили,
ледяным окружали пленом.
Нам казалось, что мы не жили,
вьюги выли, нам саван шили,
но надежда текла по венам!
Наша песня была не спета!
В ней остались живые строки,
не поведанные секреты
и таинственные приметы,
и шальные хмельные соки.
Раскурила весна кадило,
изумрудной коснулась кистью,
напоила весельем жилы —
брызнув зеленью, мы родились,
молодые свершились листья!

Сон ли что ли? Незабудки,
в поле боли летят утки,
следом замять, стынь в июле...
верно, память о бабуле.
Читать далее

Распахнут ветрам бело-розовый мир,
гудит горизонт обертонами грома.
Как строчкой, весну прошивает пунктир,
трассирует в прошлое стук метронома.
Читать далее
Замечу голубой осколок неба
В проталине хрустальной февраля.
Услышу аромат ржаного хлеба,
Как будто улыбнулась мне земля,
Коснусь коры берез седой и юной,
Апрельским утром сока пригублю,
Вдруг угадаю смысл древней руны.
Тогда пойму, что родину люблю.
Читать далее
«Всё дальше в ковыльные степи,
огни затаились в дымах.
Иданфирс, фатален твой крах,
зачем же свой заячий страх,
петляя, уносишь, нелепый?
О Дарии сложатся мифы,
а ты не минуешь стыда.
Иди и сражайся, чудак!
Позор, до сих пор никогда
от боя не бегали скифы!» —

Самая короткая ночь —
Манят на закате костры,
Мама, не удерживай дочь
В таинствах русальей поры.
Буду плавать в звездной воде,
В эту ночь живая она,
Вышивку на белом холсте
Освятят огонь и луна.
На закате лучи золотисто-теплы, От багрянца до сини расцвел небосвод. Мы из рук завязали живые узлы, И качнулся за солнцем, поплыл хоровод. * Алый отблеск дрожит на румянцах от бус, И узоры цветут на беленых холстах. Кружит коло*, вершит неразрывный союз, И пульсирует ритмом единым в шагах. Читать далее
Русскому поэту
Он родился в российских снегах,
Средь полей, где хлеба да чабрец,
Песня жаворонка в небесах.
Сын глубокой России, отец.
Он учился труду и добру
У родных бескорыстных сердец.
И стихами мечтать поутру
У черемух учился отец.
Читать далее

Ой вы, ветры, вороны скаженны!
Не студите сада колыбель.
Или то урок, или Марена
Злобится на майскую свирель?
Памяти Михаила Корчагина

Глазам не верю — вот наш сад! Дошёл.
Хмелею — белорозовая радость.
Я и забыл как это хорошо,
когда идти-шагать уже не надо.