Как много нежности в зиме,
Как много нежности!
Как много тишины во мне
С приходом снежности.

Как много чистоты вокруг,
Коснуться хочется…
Как долго шла к такому Вдруг
От одиночества.

Читать далее →

Скриншот одного мгновения

С нег Сыпуче Секунды Стелет…
С ны Сливаются С Синевой…

К ошка Код Колыбельный Клеит…
К рыши, Крытые Красотой…

Р астянувшись Раскосой Рысью,
Р елаксируя, Рушит Ритм,

И изгибы Исконных Истин
И сточают Истомно Инь.

Н астроение… Наваждение.
Н еподвижная Нега… Новь.

…
Есть у снежного оцепененья
Предвкушение майских снов.

Между летом и осенью

Спелым яблоком лето упало в траву,
Разметало туманы закатные,
Полинявшую в летние дни синеву
Залатало дождями-заплатами.

Читать далее →

Радостно стучали зубы и коленки.
Я в бордовой шали, в варежке — синица,
Сказку и несказку путая маленько,
После неувязки шла с тобой мириться.

Читать далее →

Кто-то называет это время подведением итогов. Для кого-то это — пост. У кого-то — генеральная уборка. Но все мы нуждаемся в минутах, когда наедине с собой осмысливаем себя настоящего и отпускаем прошлое. И кажется, даже солнце старается нам не мешать в этом: солнцестояние, время молчания.

Время молчания. Белый покров.
Это потом — и заботы и чаянья.
Без иллюзорной понятности слов —
Околозимнее время молчания.

Читать далее →

Из кабины Renault, из уюта салона,
От улыбки твоей и от молнии взгляда
Окуну себя в память заснеженной кроны,
Привяжу себя к колышку старой ограды.

Осторожно глотая комочек солёный —
Заколдованной сказкой застывшее время,
Прислонюсь к позабытой шершавости клёна
Возле дачи, когда-то заброшенной всеми.

Читать далее →

Чистенько-чистенько, рано с утра
смою с лица отголоски дурмана,
клочья бессонниц и дум окаянных,
слезоподтёки предательских снов.

Небо на улицу — как из ведра!
Синью-лазурью обряд омовенья.
Чистой страницей приветствую день я,
чистая правда — желанный улов.

Чистой энергией — росчерк пера,
мимо — неверное, лживое-лисье,
и паутину углов закулисья.
По первоснежию — строчка шагов…

Между осенью и зимой
всё застыло, а как пылало!
Прах кленового карнавала
носит ветер в тоске сквозной.

Между осенью и зимой
взглядом в кроны нагие – любо,
да рябинную горечь в губы,
быть чудной и чуть-чуть хмельной,

ждать снегов в тишине пустой,
сеять зёрна на почву веры
в наступление майской эры.
Между осенью и зимой…

Вьюжно… Хочется уюта.
В серой хмари стынет даль.
Воцарился, правит люто
сиво-встрёпанный февраль.

Только солнечные клинья
вдруг пронзают муть небес,
так окатывает синью,
что уже не до словес.

Перламутрово играя,
струйно вьётся вышний свет,
звоны галочьего грая
осыпаются в ответ.

Свет играет, будто лечит,
я иду в режиме off
дара речи человечьей,
не найти такому слов.

Сегодня я поняла, что устала.

В последнее время я ещё крепилась, держала прямо ледяную спину, гордо подняв голову с пышно взбитыми седыми кудрями. Ещё вчера всласть упивалась студёной гордыней, куражилась, пускала куда попало морозные стрелы, томила белым безмолвием.

Читать далее →

На рассвете тает Вега,
нега снега…
Ветки, блеск, лучи-ресницы…
Как хрустится,
и скрипуче, свеже чуток
первопуток!
Небывалое в реале,
всё — вначале.

Высоко — новорождённа,
в цвет лимона
утра первая полоска
сквозь берёзку,
чтобы утро было в радость,
Много ль надо?
От божественного йота —
И всего-то.

Всё новое вокруг…
неизъяснимо ново
Струится утра свет
в зашторенном окне.

Всё с чистого листа.
С несказанного слова.
Со взгляда и тепла,
что родилось во мне…

Робко по бронзе остылой и хрусткой,
жестом неопытным мало-помалу —
сыплет окрест незатейливой крупкой,
вся в ожидании первого бала.

Это потом — похищение Кая,
снеги студёные сплошь и всецело…
а поначалу зима воз-ни-кает…
в юном обличьи… тиха и несмела…