сон

Иди?

 

Звёздные сполохи – с плеч.
В строй – непривычная стать.
В ножнах на поясе – меч.
С кем или с чем воевать?

 

Пустошь, не видно конца.
Камень дороги… Идти?
Дым, аромат чабреца…
нет направленья пути.

 

Пальцы с кольцом » сохрани»,
в сторону – кружево штор.
Веры прозрачная нить
пишет неясный узор.

 

Чудится пропасть во ржи,
май недоверчивый – юн.
Где-то огни, этажи,
малые зёрнышки рун…

 

Где-то с картинками том,
рыцарь прекрасный в седле.
Колкие мысли о том –
стынут на синем стекле.

 

Жемчуг на шее луна
кутает в призрачный свет.
В этой дороге из сна
карты и спутников нет.

 

Холод ползёт по пятам.
Камень дороги – иди!
Грею свой маленький храм,
руки прижавши к груди.

 

Просыпаюсь

 

Я – застывшее дерево берёзы, от зимних морозов спрятавшееся в спасительный сон: не мёрзнуть, не дрожать, не искать тепла заледенелыми ветками. Недавние порывы безжалостного ветра гнули и казалось, сломают. А теперь по мне начинают двигаться тёплые соки… Во мне рождается желание раскрыться – листьями, свежим ароматом…

Я – маленький синий подснежник. Под добрыми лучами моего Солнца я оживлённо, снежинка за снежинкой раскапываю навалившиеся снега холода, равнодушия, малодушия, обид… Я раскапываю снег зелёными ладошками, хочу наверх, ввысь, к теплу, к жизни, к Солнцу. Не желаю больше припадать к земле в ледяной темноте одиночества! Хочу расцвести, изо всех своих молодых сил. И подарить себя.

Я – верба на берегу реки. Зима внушала мне, что каждый мёрзнет в одиночку. Она заледенила песню речки. Она бросала в меня колючие льдинки обмана и разочарований. Зима оставила меня одну и велела выживать как хочу. А я выжила. Моё Солнце коснулось меня ласковыми теплыми лучами и я в ответ раскрылась нежнейшими пушистыми вербочками. Хочу чтобы прикосновение ко мне дарило тепло и радость. Дарю свою мягкость и пушистую нежность – я для этого и родилась.
Я пробуждаюсь… После зимы, холода, жестокости, обид и нелюбви. Пробуждаюсь к Весне, к жизни, к Любви. К Солнцу.
Пробуждаюсь, чтобы сделать чей-то день добрее.

 

Слышат

 

Ирида, ты? Так вот, откуда
лиловой стынью опалён
мой сон. Цвета твоих пламён
отрадны мне, уж очень худо.
Смотрю незряче у черты,
в которой жизнь и смерть свиты.

 

Ирида, это ты мостила
пути Её босым шагам?
Ну как Она – спокойна там?
Вдали́ от адова горнила?
Ушла ли боли маета
и горечь складочки у рта?
Скажи… она меня простила?

 

Прощать умела – льды-печали
в глазах сквозили бирюзой,
чуть-чуть солёной и незлой –
лучились и не обжигали.
Глядишь – обиды нет, прошла,
она по-прежнему светла
и помнит старое едва ли.

 

Вокруг неё бывало ало,
лазурно, зе́лено, желто́ –
был цветом звук, цвета звучали
для нас, настроенных на то.
Теперь её природный май –
во мне. Увидишь, передай:
её побегов тут немало.

 

Ирида, пусть… Ушла. Оставив
осколки дивного моста.
Они, земному не чета,
спешат росой истаять в яви…
Жду радуг, стану духом выше –
скажу, что не успела. Слышат
нас там, на зыбкой переправе.

 

Зелёный сон

 

В созвездии зелёном есть зелёная планета.
Заоблачным озоном пахнут там трава и ветры

 

Там тянутся деревья в торжестве зелёной силы
зелёными листами к изумрудному светилу.

 

Зелёными жемчужинами — росы по утрам,
и звери — все зелёные- пасутся там и сям.

 

Зелёными лучами омывает виноград
сияющий часами малахитовый закат.

 

А люди на планете этой сплошь зеленглазы,
глядят светло-приветливо, не хмурые ни разу.

 

В их бирюзовых домиках — порядок и уют.
Фисташкового чая вам с лимонником нальют,

 

плеснут в бокал зелёного дурманного вина,
и сразу станет музыка зелёная слышна.

 

Я вздрогнула, моргая, звон и зелень в голове.
Ну просто я нечаянно заснула в мураве)))

 

 

Сиреневый сон

 

Светил сиренево ночник,
скрипели ставни,
К окну лиловому приник
печальный август.

 

Мерцал знакомый монитор,
сменилась дата.
Рождался робкий разговор
из строчек чата.

 

В ночной небесной глубине
звезда сияла
Со звоном на ресницы мне
она упала,

 

На фиолетовый экран
потом скатилась,
Сапфиром стал простой стакан,
всё изменилось.

 

И сонм лиловых светляков
кружил неспешно
Он одинокую любовь окутал
нежно.

 

Конечно это был лишь сон,
счастливый всё же.
Я подарю его тебе —
а вдруг поможет?

 

Серый сон

 

Серое небо, серый закат,
Серые капли сегодняшней грусти,
Где-то встречаются, где-то не спят…
Кто-то не слышит… Кто-то не будет…

 

Как -то не пишется, что-то не спится,
Пальцы бесцельно по кнопкам спешат.
Мечется время, как серая птица,
Мечется раненой птицей душа.

 

Серая полночь, серое утро.
То был сиреневый глупый обман.
Будто не больно, как будто бы – глупо…
То ли рассвет, то ли туман…

 

Алый сон

Алой улыбкой цвела моя нежность,
Рдели пурпуром губы твои…
Мы начинали легко и небрежно,
Не ожидая пожара любви.

 

Ночь полыхнула заревом страсти,
Щёки окрасила в маковый цвет.
Видела я, как свечением счастья
Благословило багровый рассвет.

 

Было до сладостной дрожи опасно
Плавиться в шёпоте страстных речей!..
Только во сне и является в красном
Счастье любви невозможной твоей.

 

Чёрный сон

 

Чёрные – чёрные веки, пустите!
Дайте взглянуть – может, есть ещё свет?
Птицы, деревья, люди, простите –
нет меня, нет меня. Нет меня! Нет!!!

 

Чёрное небо насыпало соли –
чёрная соль на доверчивость ран.
Даже не плачу. Не крикну от боли.
Мёртвою хваткой – чёрный обман.

 

Кто говорил – что бывают цвета?
Это обман. Только чёрный вокруг.
Кто говорил – есть любовь, доброта?
Это обман. Не протягивай рук…

 

На разноцветном бесстрастное вето.
В чёрном тумане ответа не жди.
Тут для меня под великим запретом
алые ночи, цветные дожди.

 

Чёрные-черные веки, закройтесь…
Я не хочу видеть алый рассвет…
Птицы, деревья – вы не беспокойтесь…
Нет меня!!! Нет меня! Нет меня. Нет….

 

Белый сон

Белая палата,
белая постель…
в лунной дымке тает
призрачная дверь.

 

За окном на ветке
ветер рвет листву.
Белая таблетка
на мою тоску.

 

Мечутся ресницы,
что за маята…
Норовит присниться
светлая мечта,

 

как в наряде снежном
кружится земля,
как целует нежно
солнце февраля,

 

светится белёсо
роща у реки,
и летят на косы
с вишен лепестки…

 

Молоко из плошки
словно наяву.
Подремлю немножко.
Может, поживу?

 

Прозрачный сон

 

Шептала почему-то «dear, touch me»,
проснулась на излёте дикой серны.
Мне этой ночью снился сон прозрачный —
неясный, смутный, хрупкий и неверный.

 

Мне чудился хрустальный звон бокала…
В стеклянном небе — отзвук силуэта.
Я что-то в полудрёме отпускала,
на что и в яви не найти ответа.

 

Сквозь дымку штор в лугах мерцали росы…
Манила даль жемчужная зеркал…
Приснился мне прозрачный знак вопроса,
Ответ — неизъяснимо ускользал…

 

Синий сон

 

Раннее, раннее утро,
Стекла — аквамарин.
Сон в эту пору чуткий
В первых гудках машин.

 

Синяя тень в ресницах.
Ранний звонок: «Прости».
Счастья синюю птицу
Я отпустила: лети!

 

Аквамариновым взмахом
Перечеркнула ночь,
И улетела птаха
Из синей комнаты прочь.

 

Я синей тушью стала
Скрашивать грусть в глазах.
И улыбаться пыталась,
И не смотреть назад.

 

Синие буквы-путы:
Врозь. Нелюбовь. Не сбылось.
Синее снилось будто…
Может быть, не спалось?

 

 

Сон в серо-золотом

 

Серое небо вуалью
поздний закрыло рассвет.
В лужах размешан с печалью
желтый берёзовый цвет.

 

Сон мой рукой умелою
кистью рисует на шёлке:
Небо — оттенки серого,
роща – оттенки жёлтого.

 

За пеленой тумана
золотом – чей-то взгляд.
Солью в открытую рану
сыплется листопад.

 

Серые будни крепко
крутят мечту бинтом.
Росчерком голой ветки:
будет. Придёт. Потом.

 

 

Сон в чёрно-белом

 

Стена перечёркнута тенью от ветки,
в туманную лунность плыву до утра.
Откуда во сне – чёрно-белые клетки,
и движет фигурами чья-то игра?

 

Охрана у белой стоит королевы,
а чёрная конница мчит напролом.
Вот связка, размен, рокировка налево,
вот пешки за светлым бегут королём.

 

У рыцаря в белом – настройки защиты,
печалями мается чёрный король.
Мне снится, что жертвы в процессе гамбита
реальную жгучую чувствуют боль.

 

Что тёмный венец надоел королеве,
терпение белой ладьи – до поры,
горяч офицер и в любви, и во гневе…
Не вижу во сне: кто хозяин игры?

 

За краем доски — непроглядная смоль, но
шепну игроку, загадавшему шах:
о, не навреди, исключительно больно
фигуркой лежать в равнодушных руках.

 

Солнечный сон

 

Солнце брызнуло в задреманное утро,
Светлым золотом на шторах рисовало,
Блики сыпало на щеки мне, как пудру,
И на струнах полусна играло ало.

 

Сон держал меня в мерцающих объятьях,
Я на крыльях золотых во сне парила,
А перо в руках писало песню счастья
Сняв мелодию с небесного винила.

 

Я раскрыла свету чуткие ладони,
Уловив аккорды солнечного гула,
Отвечала им созвучием гармоний…
Я глаза открыла в утро. Я проснулась.

 

Золотой сон

Снилось мне, что было тяжело,
Очень.
Снилось, что пускали в ремесло —
Впрочем,
Чтобы не надеялись сваять,
Сплавить,
Оставалась я сама своя.
Прави

 

Выполняя заданный урок,
Злобы
Отторгала вкрадчивый глоток,
Пробы
Чистоту правдивую храня.
Чудом
Распылило искрами меня
Людям.

 

Ювелирной роскошью сверкать —
Скука,
Солнечную выпустила рать.
Руки
Обрели сноровку от людей,
Новью
Стали воплощения идей.
Солью

 

Истины оттачивала блеск
Гоем.
Обращала светоносный всплеск
Зноем.
Принимали благородный свет
Кожей,
Он прогнать напасти темных бед
Может.

 

Снилось мне сиреневая стыль —
Поздно.
Посылала я во мраке пыль
Звёздно.
Снилось, был мой изначальный рок
Спрятан.
Не теряет сути – кто-то рёк —
Злато.