Философское

Всё отражает всё

На мёртвой ветке
чернеет ворон.
Осенний вечер.
Басё, перевод К.Бальмонта

Чёрный ворон на ветке, хайдзин Басё
лишь на миг отразились в глазах друг друга.
Птица грелась, когда накрывала вьюга,
вспоминая живинку раскосых глаз…
а поэт сотворил несравненный хайку.
Над Куинджи когда-то кружила чайка
точкой вечности… всё отражает всё.

От ветров молодых в парусах Арго
наполнялся мечтой грот-мунсель Веспуччи.
Болью слёз Ярославны темнели тучи,
что тоской поливают вокруг сейчас.
Скрипы снега и нега кленовой скрипки,
в толчее незнакомых зерно улыбки –
отклик, отблеск, оттенок, печать всего.

Ждём и маемся. Всё отражает нас.

Точка. Метаморфозы

Посмотришь — обычная точка.
Не слово, не фраза, не строчка,
На деле она — точка роста
И рог изобилия просто,
Дорога нелёгкая точья,
Подробнее (тут двоеточье).

Читать далее

Когда в историю глядим

Когда бы чудом встал из тлена
солдат времён Бородина,
и битва та за сценой сцена
была бы им возрождена,
он смог бы с правом очевидца
наук о прошлом небылицы,
те, что сейчас у нас в чести,
их опровергнув, расплести.
Явился бы монах — иначе
мгновенья те же описал,
своё бы выдал генерал,
добавив грозный рык в придачу…
А мы всё истины хотим,
когда в историю глядим…

Пирожки с философией

Я как-то ела пирожки с капустою,
В дверь постучали. Не допивши кофею,
Открыла. На пороге – дама грустная.
И назвалась, о чудо! Философией.

Поправив шляпку над седыми косами,
В меня вцепилась взглядом озабоченным,
Она меня засыпала вопросами,
Ни дать, ни взять – оперуполномоченный.

В чем жизни смысл? Телами или душами,
Объектами живем или субъектами?
Мои ответы гостья и не слушала —
Ну что мы Философии с ответами?

Потом устала, взглядом стол окинула,
На пирожки взглянув, сглотнула голодно.
Однако я тарелку отодвинула,
Интересуясь, как сумела, холодно:

В чем смысл обеда? Где его критерии?
И что начинка в нем – причина, следствие?
Процесс идет в душе или в материи,
И где тут со вселенной соответствие?

Мадам, едва дыша от истощения,
Взмолилась: ну довольно же теории!
И, вытирая слезы наслаждения,
Глотала пирожки, запив цикорием.

А я себе сидела в уголке,
Все смыслы разом осознав, как есть.
Не стоит рассуждать о пирожке,
Который можно просто взять и съесть.

Вспять

Чёрные дыры – зоны в далеком будущем,
откуда время движется в прошлое…

М.Шульман

В кромешной тьме изменит время ход
и потечёт из будущего вспять.
Взметнутся прах и пепел… семь, шесть, пять…
воскреснет дух, восстанут плоть и твердь,
новорождённый крик растопит смерть.
Пойдёшь назад, окажется – вперёд.

И там, откуда плещут родники,
где завязь переполнена теплом,
где из крупиц слагается геном,
и свежий ветер плещет на юру,
поймёшь: ещё возможно по добру –
испитой чаше мрака вопреки.

Скрипач не нужен

Спиралью, сплющенной в кольцо, трепещет время.
На что роса, полынный дух, круги на лужах,
когда из прозы кружевцо укрыло темя?
Рутинный мир и нем, и глух. Скрипач — не нужен.

…Смычок, целуя и дразня, свершает танец,
касаний чутких череда по нервам — ну же…
лучами из меня — меня аndante тянет…
но это лишнее, когда скрипач не нужен.

Когда и зрелище и хлеб — на сытый ужин,
и постриг — разновидность пут — мечтам и косам.
Непозволительно нелеп, скрипач не нужен.
Он слишком ясно видит путь в открытый космос.

Явление творения

Внезапно, как бывает с важным, пришло осознание.

Поняла, как происходит явление любого творения.

Оно уже есть – сгустком энергии, информационным полем, замыслом провидения ли…

Оно есть где-то на ином уровне, в немыслимом для нас измерении.

И чтобы появиться в нашем мире Яви, творению нужен Творец.

Его душа умеет… она способна выразить Это на человеческом языке.

Творец – антенна и преобразователь энергии высших смыслов.

Неисповедь

Грешна? А в чём моя вина?
Своей ли волей рождена
блуждать среди неверных вех?
И есть ли в этом мире грех?

Вот отведённый свыше срок:
урок — шажок, урок — шажок…
Рубеж веков, тропинка — Русь,
и я учусь, учусь, учусь.

Дорога — тысяча препон —
куда ступить, каков резон?
Иду, творю по мере сил —
нас кто-то этому учил?

Иду по солнцу, с ним в ладах,
подмогой — свет, помехой — страх
не так сказать, не там ступить,
не так за грех поклоны бить…

Но без ошибок на пути
душе уроки не пройти,
и если учится она,
моя ошибка — не вина,

а шансы вектор поменять,
наладить ход, уменьшить кладь…
Наш мир душой растущей нов,
а страх греха растит РАБОВ.

Завет «ошибся, так исправь»
творцов приводит в эту Явь.
В большой космической игре
мы — ДЕТИ Бога на земле.

Нет кары там, где есть любовь,
и бороздит страницу вновь
пера упрямая соха:
«Есть путь уроков. Нет греха».

Накануне

Мы с тобой заблудились в июне,
не подходят ключи от весны.
Ехать прямо — стена пелены,
а остаться — засесть в накануне.

Накануне по вкусу чудное —
кисло-сладкое, горечь ли, соль?
Поперёк, параллельно ли, вдоль
надо плыть в этом смутном настое?

Не понять — изнутри или сверху
жарко-острое это «вот-вот»…
Но ведь есть тут какой-нибудь брод!
И ведь кто-то мы есть на поверку.

Данность

Версии свистят в голове,
неустанны поиски виз.
Есть места, где нет входа в,
есть места без выхода из –

точки без высот и широт,
остаётся только принять
данную тебе эту вот
под ногами малую пядь.

Преданья старины глубокой

Человек не особенно сведущ
во вчера.
Что творилось в прошедшую среду,
подзабыл.
Повседневность отца или деда,
то игра
с отголосками камня, и следа,
и чернил.

Глубока старина без предела,
дна-то нет.
Утекло, отгорело, истлело –
можешь, чти.
Мы в крови носим, что уцелело –
тень и свет.
Алой ниточкой истина зрела,
как найти?

О минувшем преданий немало –
небылиц?
Но не зря вековые орала
рыли твердь.
Ищем толк на своих перевалах
с тех крупиц,
чтоб во лжи от азов до финала
не истлеть.

Февральская лазурь

Достоинство стиля заключается в ясности
Аристотель

Светлее. Не в одном глазу
царит февральская лазурь,
и ясно. Ясно!
А хмари-мари, смури хмурь
палили-лили в бирюзу
себя напрасно.

Тумана манна немотой
слоисто истово — не то,
не воли ниша.
Уловы слова — не лото,
но смысл, умытый синевой,
пролитой свыше.