Времена года

13 января

Новый год состарился –
будни, серь,
огоньки гирляндами
на ветру,
отголоски-фантики
вер, потерь
улетят – забудутся
поутру.

Но пока что ёлочно
и заманчиво,
пузырьки шампанские –
хороводами.
Я ещё кихотом, и –
рядом санчо вы,
вскачь от серо-тинного
сушей-водами.

До поры

Снимаю с ёлки украшения,
Упрятываю до поры
Как артефакты просветления,
Улыбок наших отражения —
Шары, шары, шары, шары…

Упал под ноги новый путь ничком,
В коробке праздник задремал.
Идём по году в свете будничном
Мы в скучном отблеске зеркал.

А под бронёй костюма стильного —
Наивны и добры вполне,
Какими с ёлки отразили нас
Шары в уютной глубине.

Смогу

Невесомо и ново летит по касательной первое,
освежённому взгляду по-детски бездумно-легко.
И на дымчатых крыльях парит надо мною Наверное,
и надежда вливается тёплым молочным глотком.

В это утро, младенчески розово тихое,
проступает начальная строчка-тропа на снегу.
Многоточия-завтра шагами ко благу ли, лиху ли –
но упрямо по белому шью. И наверно смогу.

Новое

Новый день. Новый снег…
На губах – новый смех.

Новый вкус. Новый звук.
Новый путь. Новый круг.

Новый круг. Новый взгляд.
Новый друг. Новый чат.

На плечах – новый мех.
Новый смех. Новый снег.

Стрелок бег, шаг вперед.
Новый свет. Новый год!

Новый миг. Вот сейчас.
Новый мир. Каждый раз.

Древнеславянские божества. Морена

Мара-Марушка, хозяюшка-матушка,
Дозволь ныне тя величати.
Приди, мати, да не с горями,
Приди, мати, да не с хворями,
Приди, мати, блага да лепа,
Приди, мати, мягка да добра,
Отрини хлады да мороки,
Отрини напрочь изжившее,
Отрини сглазы-притороки,
Худое яко не бывшее,
Отрини, не возврати,
От стара к нову веди!

Интересны, загадочны, глубоки образы древнеславянских божеств. Вот, к примеру, Морена.

Морена (Мара) — славянская богиня Зимы и Смерти. С именем Морены созвучны слова «мор», «морок», «мрак». Морену боялись и почитали. Особенно на Севере с его долгими лютыми зимами.

Читать далее

Мандаринно

Кто не рад такой картине:
Цветом радуя народ,
Врассыпную мандарины
Провожают старый год.

Счастья полные корзинки —
Угощенье хоть куда.
Корки, дольки, половинки —
Новогодняя еда.

Ртом с небес ловлю снежинки,
Забываю погрустить.
Что за чудо, мандаринки:
Можно есть и можно пить.

Аромат со шлейфом длинным
Не уступит Givenchy!
Нежно… Снежно… Мандаринно…
Новогодие души.

Пусть

Хорошо, что метель, пусть!
Пастельно бело́ и больно не так –
Скрылся путь –
залило́
суровым сухим молоком,
мрак…
в горле ком,
не продохнуть…
Шаг… ещё шаг… Пусть!
Точка! Сонмище точек – их
сотнями здесь, таких, снежно-сухих.
Из них – стелется чистый лист – мили.
И свист – навылет.
Прочь!
Точки следов,
всю ночь –
от нежности тёплых пут.
Там, за спиной – не мне кров.
По снежности след, след,
наново шьёт строка
скорых апрелей свет,
а пока
пишет метель-кнут
белый этюд, грусть…
Пусть.

Без манны свыше

Наши древние предки так называли ипостась Чернобога. «Карачун” – от слова “корчиться” от холода.
Карачун – время зимнего солнцестояния, самых длинных ночей в году.
Считалось, что границы между Явью и Навью становятся более тонкими, люди уязвимы, подвержены злому влиянию духов.
Карачун – божество мира смерти, повелевает холодом и мраком. Божество представляли в виде старика с седыми волосами, сопровождаемого медведями, волками и душами погибших от холода.
В это время, когда старое солнце уходит и рождается новое, обращались к высшим силам, чтобы они забрали все зло с собой, просили прощения, отпускали обиды и всё, что тяготило.
В эти дни не стоит ждать благ свыше, это время работы над собой. Избавления от негативных мыслей, уборки в доме, чтобы новый период начался со всего нового и чистого, принёс в жизнь добро.

Праздник кошек

Ах, какое блаженство знать: она совершенство!
Видеть космос и тайны в этих ясных глазах,
Прочитать в этом взгляде над собой верховенство,
И нездешнего разума отблески… ах!

А магической силы волшебство прикасанья,
Грациозная нега, независимый нрав?
Эта вкрадчивость муррра в ожиданьи вниманья,
Воплощенье покоя в этих позах-клубках?

То шалунья азартная, то на окошке —
В созерцаньи миров, ей известных одной.
Начинается март добрым Праздником Кошки,
В мир идет совершенство…
И веет весной.

Пожелание весны

Ты не любишь, когда снегами
Покрывает зима округу,
Через окна в морозной раме
Наблюдаешь уныло вьюгу…

Я хочу тебе много света,
И веселой прямой дороги,
С ароматом черёмух ветра,
Я хочу тебе солнца много.

Чтоб аккордом лучи звучали,
Светом музыка окатила,
Мир бутоном времён начала,
Раскрывал лепестками силы.

Подарю тебе это утро,
В нем, как льдинки, печали тают.
Подарю предвкушенье чуда
И весны тебе пожелаю.

Брызнет солнце по белым крышам,
Затанцуют в луче пылинки.
Хороводом цветущих вишен
Обещают весну снежинки.

Чем пахнут зимы

Мы ушедшему – печали,
приходящему – авось.
Ходим, выгоды не чая –
по тропинке вкривь и вкось

Зимы пахнут легким паром,
снегом бунинских аллей
и настоенной на травах
водкой в старом хрустале.

Танцует юная зима

Танцует юная зима —
Деми плие, батман, поклон,
Небрежных прядей бахрома
оттенка «платиновый блонд».

Морозной дымки ореол
Как шёлк старинный на просвет,
Концертом маленьких виол —
С утра по снегу первый след.

Как взрывы белые, кусты
Кричат безмолвное ура.
Природной тайны красоты
Увы, не знает мишура.

Она сверкает цирково,
Проста, как нашумевший хит.
Но лишь живое естество
души прекрасное творит.

Первоснежное

Первый снег... Он в наивной беспечности
Легким взмахом коснётся ладони –
он идёт и идёт, бесконечный стих,
что растает вот-вот на газоне.
 
Первый снег... Иллюзорное белое
Околдует оттенками тонкими.
Первый снег... И простое и целое
Обернется частями-осколками.
 
Первый снег... Ожидание праздника,
Мандаринно-конфеточной сладости.
Первый снег... Кем-то мудрым подсказано:
Каждый точно достоин радости.
 
Первый снег... Будет стужи немерено.
Но апрель улыбнется над вербою.
Первый снег... Будто просьба терпения
И надежды. С улыбкой и верою.