стихи

Гул гениальности

Отсветы в стиле Моне –
пятна и полутона,
всполохи молний у скул –
слышу внутри ли, извне,
свыше ли, в темени недр –
гул…
Дышит мечтой макрокосм –
тернии, завтрашний свет.
В ответ
искры в сплетении кос
и силуэт –
смутно жемчужный туман –
кру́жит, ещё бесприютен.
Он дан – мне –
струне,
настроенной где-то не здесь.
Вином под корой
бродит смесь —
правь и геном.
Фатально-случайно
на круче, в орбитах ветров,
на стыке времён
излучаю:
«Любовь –
урок дыханья в унисон».

Окину взглядом

Терцина

 

Окину взглядом стих от головы до пят —
созвучно ли? Струной пою ему в ответ,
ловлю его посыл, и нерв, и аромат.

 

К чему его пытать на прочность, на просвет
критическим огнём, сарказмом, мерзлотой,
на пазлы-позвонки делить его хребет?

 

Он состоялся здесь, он как бутон тугой
един и чуток к свету. И когда распят,
воскреснет. Отпусти, сказав: лети и пой!

 

Поделимся?

 

Поделимся стихами? Просто так,
Как делятся по-честному горбушкой,
Глотком из пущенной по кругу кружки,
А не за похвалу или пятак?

 

Поделимся? Я знаю, попадут
Кому-то в точки солнечных сплетений
Фотоны стихотворных озарений
Моих — как дар, не в суд-да-пересуд.

 

Пусть чьи-то жадно мечутся глаза
По ярмарке тщеславия впустую.
Когда своё и вышнее рифмуют,
Тягаться – бесполезная стезя.

 

А можно лишь, вытягивая нить
Из жара поэтической реторты,
Биение пылающей аорты
По кругу светлым импульсом пустить.

 

Отец

Русскому поэту

Он родился в российских снегах,
Средь полей, где хлеба да чабрец,
Песня жаворонка в небесах.
Сын глубокой России, отец.
 
Он учился труду и добру
У родных бескорыстных сердец.
И стихами мечтать поутру
У черемух учился отец.

 (...)

Тише, тут стихи

 

Вот страница, взором тронь
знаки, метки и штрихи —
будто тёплая ладонь,
а на ней — тебе стихи.

 

Зов глубин вселенских сфер
(скальпель, жало-остриё)
тонко тронет нужный нерв,
и почувствуешь: твоё.

 

Белым шумом здесь и днесь —
рой словесной шелухи,
недомолвки, суд и лесть…
Тише, тише (тут стихи).