высота

Окрыли

 

Волочится минута пешком,
за минутой час –
будто ком,
по течению общих трасс и фраз серобетонных –
а я – птица,
испоконно летуча.
Сверху туча –
пытливая линза перед глазом Кого-то,
а внизу – пазлы пламени, пепла и пота –
единицы, нули, нули
на предметном стекле земли…
Предрассветно слепому по-птичьи кричится:
окрыли!

 

Перелётные

 

Просторами небесной полинялой акварели,
среди ветров и песен перелётные летели.
Звенела высь хоралами и сольными курлыками,
и, словно перед храмами, светились люди ликами.

 

Над бронзовым величием сновали многоточия.
Смятенная по-птичьи, я полёт себе пророчила.
А листья перелётными казались и крылатыми,
сновали листья нотами, и грезилось сонатами.

 

Кленовым жёлтым всполохом рождалось озарение:
что долгое, то коротко. Что вечно – в изменении.
Что дальнее, то близкое, а улетает – верное.
Что верное, то чистое. Да будет так. Наверное…

 

Будут годы

Он еще молодой и зеленый, 
Он не ведает счет годам. 
Шевелюрою окрыленно 
Так и тянется к небесам. 

Будут годы сменять друг друга, 
Ветви вширь, корни вглубь – окреп. 
Глядь – а ствол обвивает мудрость, 
Как из сказки златая цепь. 

Но как только вином апреля 
Закипает весенний сок, 
Он, по-юному зеленея, 
Снова к небу стремит листок.

На лезвии

 

Целуя вскользь белёсый лёд,
металл поёт.
За перезвонами конька –
крыло-рука,

 

одним расплывчатым мазком
там, за бортом –
статичный мир, а я лечу
сродни лучу,

 

покоем вяжущую сеть
преодолеть,
идти на старт, вершить обряд –
подняться над…

 

(…)

Дождинке

 

Скажи, а там, откуда ты,
вольнее ли, светлее, чище?
Мы прячемся, раскрыв зонты,
а сами эмпиреи ищем.

 

Ты видно знаешь, отчего
стремясь в заоблачные стаи,
мы на подходе «итого»
уходим в землю. Прорастая.

 

На ниточке

В современном мире модно ставить Я выше МЫ. Модно углубляться в себя, лелеять свою уникальность. Модно заострять внимание на факте, детали, мгновении. Часто до единого, общего, целого, высокого дело так и не доходит.

(…)